Глава 10

* * *

 

   1995 год объявлен ООН годом мира и безопасности, а в Израиле убили премьер-министра.

   Большого выбора страны «исхода», как говорится, у нас не было. Я мог бы предпочесть нечто другое, но в Америке  у нас были только двоюродные родственники, а по прямой линии никого. Правда, до революции ещё уехал кто-то из наших предков туда, но потом след их затерялся. А Германию надо было ждать года три. Да и потом: не каждый решится поехать туда после того, что немецкие фашисты сделали с евреями. Оставался только Израиль. Мне было просто необходимо не только солнце, но и полноценное усиленное питание, которое при тех ценах мы давно уже не имели в Сумах, не говоря уже о хвалёной местной медицине.

   Оформление заняло месяца три. Сначала загранпаспорта по всей форме, а потом в израильском консульстве в Киеве виза совсем быстро, как и там же в Сохнуте бесплатные билеты на самолёт. Первоначально поехали только мы с мамой, поскольку все остальные категорически отказались. А с папой они даже оформили развод. Что-то разладилось у них за последние несколько лет, из-за многих обстоятельств жизни. Тогда-то я и узнал одну неизвестную мне тайну, что когда мне было года три, они уже разводились и даже было решение суда, но и после этого они всё же продолжали жить вместе - ради детей.

Пошли в суд, нашли приговор в архиве и оформили всё через ЗАГС сравнительно недорого. Оказалось, что развод необходим, потому что на новой родине маме сделали бы большие проблемы, узнав, что она замужем. И поскольку развал семьи был налицо, всё это и сделали.

   Тяжело, конечно, было всё это. Я ехал, сам не зная куда и что меня там ждёт. Хоть мы и получили необходимую консультацию в Сохнуте, тем не менее стопроцентной опреде-лённости всё равно не было. Должен сказать определённо: ЕСЛИ БЫ НЕ МОЯ ВЕРА, Я НИ ЗА ЧТО БЫ НЕ РЕШИЛСЯ НА ЭТО. Хоть переезд в Израиль и называют репатри-ацией, это всё же эмиграция, а от неё многие даже сходят с ума. Ведь человеку бывает даже комнату поменять тяжело. А всё же мы решились. Очень трудно было прощаться с родными, ведь мы думали тогда, что это навсегда. Хоть папа и не захотел лететь с нами, но до Киева всё же проводил. А наше имущество на двоих поместилось всего лишь в пяти баулах, контейнер мы не отправляли.

   Когда мы улетали, стоял апрель месяц, и шёл мокрый снег с дождём. Сначала из Сум поездом в Киев, там сотрудники Сохнута доставили нас с вещами в аэропорт в гостиницу, в самую простую и дешёвую, а не апартаменты для иностранцев. Все расходы покрыло то, что и маме выплатили пенсию за полгода, и мне моё пособие по инвалидности тоже. А рано утром пришли на регистрацию. Таможню прошли быстро, в багаже просто нечего было смотреть. Оформили билеты и вещи, прошли в погранзону - в накопитель, а затем на посадку.

   Самолётом, самым дешёвым третьим классом, всего три часа лёту - и мы на святой земле.

 

   Какими были наши первые впечатления?

   Как будто на другую планету прилетели. Израиль встретил нас сухой, тёплой и солнеч-ной погодой, и мы, по-зимнему одетые, сразу попали из зимы в лето. После паспортного контроля мы попали в так называемый «зал абсорбции», где нам оформили гражданство и все необходимые процедуры. Документы, медицинские страховки и там же первая часть денежного пособия - «корзина». В Израиле репатриантам много не платят, только первые полгода, а вторые полгода ничего, и только в конце года ещё одна выплата - на электро-товары. После получения багажа нас посадили в машину и бесплатно отвезли по адресу, который мы указали. Ещё из самолёта, а затем из этого самого «такси» мы лицезрели новую страну - другие дома, другие улицы в апельсиновых деревьях, всё другое. И,

наконец, место назначения, пересечение двух улиц в крупном городе Ришон-ле-Цион, что под Тель-Авивом, всего в нескольких минутах езды. А также непонятные надписи на стенах, выполненные местной молодёжью, и маленькие дети, играющие во дворе и лопочущие пока ещё нам непонятно что. Так что вот наконец-то мы на месте.

   Остановились у маминой хорошей знакомой еще по Бердичеву, вместе в педагогическом учились. А здесь у неё, понятное дело, совсем другие занятия: уборки квартир и офисов, изготовление домашних пельменей на продажу и кое-что ещё. А муж её вообще всю жизнь работал тяжело, там в «горячем» цеху, а на новой родине в автомастерской. Пер-вым сюрпризом было то, что они питаются обыкновенной пищей, такой же, как и мы, например, салаты, картошка и тому подобное. Правда, были и диковинки, такие, как неведомые нам йогурты с разными вкусами, и пита ( это такая лепёшка, её если сбоку надрезать, то внутри пустота, и можно положить туда мясо, овощи и ещё хумус или тхину, это такие пасты, сделанные из бобовых ). А второй сюрприз заключался в том, что я ошибся, полагая, что никогда больше не увижу родное российское телевидение вместе с сериалом «Санта-Барбара» - два русских канала у них уже есть. Правда, потом я смотрел их много месяцев только в гостях, поскольку на отшибе города, где мы сняли комнату, было всего два израильских канала, но ничего, зато это помогло мне в изучении языка, а посмотреть там было что - и учебные передачи, и шоу, и фильмы, и мультики, с русскими субтитрами тоже иногда кое-что. Однако нашли мы эту комнату только на третью неделю после приезда. Ведь Ришон очень дорогой город, и нам говорили, что на север страны придётся поехать жить, да и предложений было маловато, потому что как раз еврейская Пасха. Но ничего, в одной риэлтерской конторе нам отыскали комнату за 1000 шекелей в месяц, включая все коммунальные услуги. Комнату на верху трёхэтажной виллы, очень маленькую, в которой фактически только две кровати стоят, да в придачу ещё веранда, которую мы использовали вместе с хозяевами, они сушили на ней бельё.

   Итак, первый день нашего пребывания в новой стране прошёл. Мне почему-то казалось, что здесь и заход солнца другой, но ошибся. Пошли спать, правда, как следует не высыпа-лись, очень большой шум машин и вой карет скорой помощи. А на вилле потом то же самое, перекрёсток на самом выезде из города рядом. Но выход мы нашли. Нам подарили старый вентилятор, ревущий, как самолёт, он все шумы и глушил. А ещё получили мы в подарок от знакомых носильные вещи, потому что многие наши для израильского климата не годятся. Это, в общем-то, закон, сначала нам помогали, а потом мы кому-то.

   Однако вернёмся немного назад. Вот мы в Ришоне второй день, и начинаем заниматься делами. Открыли счёт в банке, сначала один на двоих, получили удостоверения личности,

в больничную кассу записались. Там русских врачей было уже немало и наш терапевт, которого мы выбрали, тоже. Начал обследоваться. Вроде бы все анализы и проверки в порядке. Вот только у уролога пришлось серьёзно лечиться. Так получилось, что перед отлётом я попал в Сумах в городскую больницу ещё и по мужской части и там лечили меня вообще не от того, так что пришлось здесь даже операцию делать. А вот больницы у них совсем другие, в отделении я был всего пару дней и назавтра после операции пошёл домой. А на проверку и снять швы через две недели ещё приехал. Что и говорить, кое-что они здесь умеют: и реанимировать, и оперировать, и аппаратура для диагностики у них будь здоров, с отсталыми Россией и Украиной ни в какое сравнение всё это не идёт.

   Конечно, корзины никому на жизнь не хватает. Мама сразу на работу устроилась. Сна-чала даже в ночную смену на упаковку пасхального печенья, а затем неофициально ( так было нужно, чтоб потом полноценную пенсию получить ) к одному старичку. Тогда в Израиле уходили на пенсию на 5 лет позже, чем у нас, но поскольку маме 55 уже было, то временное пособие, до шестидесяти, назначили.

   Мамин работодатель оказался добрым и интересным человеком с непростой судьбой. Уроженец Кракова, он в тридцать девятом бежал от фашистов на Западную Украину и там, как «польский шпион», был арестован и отправлен в лагеря. А после окончания войны выехал сначала в Европу, а затем в Израиль вместе с русской женой и удочерённым

ребёнком. А второй - мальчик - родился уже здесь, во время первой войны за независи-мость. Сначала служба в армии, затем работа в разных местах. Уже есть внуки и даже правнуки. Однако незадолго до нашего приезда он как раз похоронил жену и был страшно одинок, чуть ли не в депрессии. Именно мамина подруга, убирающая его квартиру ( всё остальное он, несмотря на солидный возраст, делал сам ) их и познакомила. Как оказа-лось, ему нужен был человек не сколько для помощи по дому, сколько просто для общения: с этим особых проблем не было, по-русски он говорил. Эта работа на первых порах очень помогла нам материально. И разговаривать с кем надо на иврите нам помогали и он, и другие знакомые.

   Месяца через три после приезда я понял, что надо налаживать здесь нормальную полно-ценную жизнь и для начала учить язык. Тогда я не думал, что приехал точно насовсем. Была опция вернуться через три года, когда часть денежной помощи, условная ссуда, будет, как и корзина, списана и станет подарком. Однако пока что надо обустраиваться. Пошли вместе с мамой в одну группу в ульпан ( курсы иврита ), выбрали вечерний: занятия только три часа в день, а не пять, как утром, и можно совмещать учёбу с работой.

Тогда найти неквалифицированную физическую работу без знания языка уже было не проблема. А у маминого «хозяина» появилось любимое занятие: заниматься с ней ивритом. Так что несмотря на то, что ей было под шестьдесят, говорить она научилась неплохо, хоть и не всегда грамотно.

   Когда через полгода после приезда у нас закончились выплаты, я тоже пошёл работать. Таких работ, временных, было много: всякие там кустарные производства, склады, магазины и даже одна солидная контора под названием «Амидар» ( государственные квартиры ) и её архив. Я тогда, когда уверовал и пришёл в церковь, как раз сильно заинтересовался музыкой и поэтому на первые заработанные деньги купил себе синтезатор.

   Здесь я хочу сделать небольшое отступление и поразмышлять о материальных благах и удобствах. Так уж меня воспитали, что я никогда не был завистливым и жадным. Я люблю комфорт, но минимальный меня вполне удовлетворяет. И когда я жил на Украине, мне хватало того, что было. И только приехав в другую страну, я смог позволить себе то, о чём даже не мечтал: кабельное телевидение, собственный компьютер, магнитофон «Панасо-ник» с огромным количеством кассет и многое другое. Мне видится, что есть в жизни огромное количество ценностей, которые не покупаются за деньги. И если их нет, человек несчастен, даже если он миллиардер и член правительства. Мне вспоминается известный советский фильм «Сладкая женщина», героиня которого как раз и стремится к удовлетво-рению своих растущих потребностей: сначала воду таскать не надо, потому что есть водопровод, потом отдельная комната и квартира, затем мебель, ковры, холодильник  и пылесос, очередь на которые подошла, а затем, продав дом в деревне, она уже планирует машину купить. А счастья нет. А почему? Потому что любовь и тепло человеческих отношений приходят только к тому, кто ценит их и воспитывает в себе. Иначе никак. Иначе ты непременно останешься один в своём золотом дворце.

 

   Оказалось, что Ришон очень похож на Сумы, и даже районы одноэтажных домов здесь есть. А кроме того, русские продуктовые магазины, русские книги и даже газеты и радио. Вот, помнится, один из вождей французской революции Дантон говаривал, что нельзя родину унести с собой на подошвах башмаков. Неправда, можно, ещё как можно, если очень сильно захотеть. Но откуда взялось хотение? Нас вынудили к нему. Во всех уголках мира евреи считались чужеродным элементом, врагами, на которых антисемиты взвали-вали вину за все свои проблемы. Это и стало одной из причин приезда евреев сюда и создания еврейского государства. Но не это главное. ЭТА ЗЕМЛЯ НАША. ЗДЕСЬ ЖИЛИ НАШИ ПРЕДКИ, И МЫ ТОЖЕ ИМЕЕМ ПРАВО ЗДЕСЬ ЖИТЬ. Мы всегда призывали наших соседей к мирному соседству, и некоторые из них уже согласились на это. Но есть и другие, мечтающие всех нас вырезать и «сбросить в море». ОНИ НЕ ХОТЯТ МИРА, и

поэтому с ними будет совсем другой разговор. Мы будем защищаться от них всеми дозво-ленными средствами, и если они обвиняют нас в том, что на «территориях» они очень тесно и плохо живут, то сами в этом виноваты, поскольку являются ярыми последовате-лями своих озверевших имамов, призывающих их к джихаду и войне за последнего человека за всемирный халифат, особенно с евреями, которых Коран называет «потомка-ми свиней и обезьян».

   И ещё одно обстоятельство: Израиль - единственная страна в мире, где мы можем не стесняться того, что мы евреи. Над нами смеялись, нас оскорбляли во дворе и на работе,

а также упрекали в том, что мы «чужое мясо съели». А здесь мы у себя дома, который, скорей всего, не покинем, даже если нам будет угрожать смертельная опасность.

 

   Однако же наше пребывание в Израиле продолжалось. С родными в Сумах мы перепи-сыались чуть ли не каждый день, а когда была возможность, и перезванивались. И вдруг мы получаем тревожную новость: мой племянник в Сумах, вскоре после того, как пошёл в детский сад, серьёзно заболел и даже попал в больницу. И мама говорит моей сестре: приедьте сюда хоть на пару месяцев, покупаться в море и фруктов поесть (ведь Ришон морской город, как и Тель-Авив, до которого всего час езды ). Уговорили. И на сэконом-ленные деньги купили им авиабилеты. Через неделю после приезда она принимает решение остаться насовсем и оформить гражданство - ради сына. Осталась не зря. Выучив язык и пройдя курсы, нашла работу программистом меньше чем через два года. А племян-ник проходил полгода в садик, не зная почти ни слова на иврите, а затем пошёл в школу, где и выучил наконец язык. А ещё ему очень нравился английский, и вообще, занимался он отлично, а с седьмого класса пошёл в школу «Мофет», где работали русские учителя и преподавали математику и другие предметы по нашим методикам. И кроме школы, еще вдобавок разные кружки и спортивные секции.

   Узнав, что они остаются, засобирался в дорогу и остаток нашей семьи: папа ( правда, приехав, он уже жил отдельно от нас, это оказалось серьёзно ), а также бабушка и тётя.

Вот так и оказались мы все на земле обетованной.

   Что же касается церкви, то первые три с половиной года я не смог её найти. Мои собратья по вере в связи с этим очень за меня переживали в связи с этим, и когда я ехал, и потом. И всё же я всегда старался хранить и соблюдать то, что принял. Злые языки утвер-ждали, что я скоро стану таким же, как и вся молодёжь: пить, курить и девочек любить.

Слава Богу, этого не произошло. И я рад, что приехал сюда подготовленым,  а не раньше, без платформы и хоть каких-то принципов в жизни.

 

   Однако продолжу свою дальнейшую израильскую историю.

   Надо было определяться с учёбой. От университета я категорически отказался. Не до него, да и желание получать высшее образование мне начисто отбили в так называемом «совке», хоть и здесь оно совсем другое. Тем не менее, закончив ульпан и подучив иврит на более высоком уровне, я решил по-быстрому получить профессию и идти работать, ведь не будут же меня всё время бесплатно кормить. Идеи были разные, например, звукооператорские курсы, для них надо было разбираться и в музыке, и в технике. Но из этого ничего не вышло: курсы частные и платные, а денег нет. Единственное, что я мог себе позволить, это бесплатное обучение. И такое заведение нашлось. На консультации у психолога мне сказали, что желательно мне изучать то же, что и прежде. И подобрали для меня колледж в Тель-Авиве со специальностью «компьютерная металлообработка», то есть станки с ЧПУ.

   А тут и ещё одна новость: повестка, из которой видно, что ещё и в израильской армии придётся послужить. Как выяснилось потом, один год. Но это ещё не так скоро: сначала они оформляли мои личные данные, психометрию ( тест на IQ ), а главное выяснение моих медицинских проблем, и это растянулось на много месяцев.

Глава 11

* * *

 

   В 1996 году на парламентских выборах в израильский кнессет впервые прошла «русская партия».

   К моменту начала учёбы в колледже уровень знания иврита у меня был уже вполне приличный, как у студентов. Обучение там было бесплатное, по израильским законам такое полагалось каждому, раз в три года, а направление на курсы давали на бирже труда.

Брали туда с общим средним, сдал экзамен по математике, прошёл собеседование, и меня приняли. И вот в начале сентября я приступил к занятиям.

  

   Учились мы почти год и по четыре пары в день.

   Я сразу заметил, что в колледже преподают предметы, многие из которых мне хорошо знакомы. Здесь изучали основы производства, технические измерения, метериаловедение, черчение вручную, тригонометрию, технический английский, теорию токарного и фрезерного дела, а также практическую часть, причём станки не только с программным управлением, но и обычные. Преподаватели, которые здесь работали, были все членами профсоюза учителей и считались госслужащими ( то есть неплохо устроились ) и относились к нам с нескрываемым пренебрежением. А учащиеся были в основном «русские», среди которых несколько инженеров, так что с дипломом я бы то же самое получил, и всего несколько местных, среди которых один токарь из оборонки с большим стажем, а другой совсем молодой, но уже успевший пожить в Австралии и там жениться и развестись.

   Но самым нашим любимым предметом был компьютер - программа для черчения и разработки технологических процессов. Педагог по этому делу решительно отличался от всех остальных как симпатичный человек. Вот он-то и попытался организовать мне то, что в Израиле очень важно и называется «протекция». Есть даже такой анекдот, в котором беседуют Трумэн, Сталин и Бен-Гурион о том, как в их странах наказывают самых больших преступников. В Америке сажают на электрический стул, в Союзе отправляют пожизненно в Сибирь, а в Израиле просто лишают протекции. Ведь все «тёплые места» с хорошим зароботком здесь заранее поделены, а всем остальным достаётся очень тяжёлый труд за минимальную зарплату.

   Так вот, от меня он случайно узнал, что я собираюсь в армию, и страшно обрадовался. Оказывается, там нужны такие люди, которые по этой специальности и на срочную службу идут. Он уже объявил мне, что всё устроил и что служить я буду там. Это стало одной из причин того, что от службы я уклоняться не стал, а, напротив, думал, что послужу там несколько лет в мастерской на базе ВВС, а как заработаю стаж, перейду на гражданку.

   Правда, эта самая армия чуть не сделала мне проблемы. Вдруг получаю повестку на призыв на март месяц, а учиться я должен был до лета. Перенервничал, конечно, но тут мне помог зам. директора колледжа, подполковник запаса. Воспользовался своими армейскими знакомствами и званием, и меня отбил, так что получил я отсрочку, чтобы обучение закончить. Он у нас вообще был очень толковым, его как одного персонажа «Золотого телёнка» всё время цепляли на лестнице, чтобы сотню вопросов решить, можно сказать, что в заведении всё на нём держалось. Не то что, например, один преподаватель, который, вместо того, чтобы обучать нас фрезерному делу, только сидел за конторкой и журнальчики почитывал, пользуясь тем, что его нельзя уволить, и при этом заявлял, что он не учитель, а только следит за тем, чтобы ничего не сломали. А зарплата у него была фантастическая, не 14-15 шекелей в час, как у всех, а 100.

   В общем, отучился я от начала до конца, сдал все экзамены, и обычные, и государствен-ные, а также сделал и защитил дипломный проект, который состоял из объяснительной записки, дискеты с файлами и самой детали. Так что это было фактически единственное заведение, которое мне удалось закончить. Помните анекдот про защиту диплома в

неком заведении в Союзе: двадцать минут позора, и ты советский инженер. Здесь было всё по-другому. Защита продолжалась минут пять. После того, как председатель комис-сии, доктор технических наук из Иерусалима, увидел изометрию - объёмное изображение детали, выполненное на компьютере ( нас этому не учили ), все остальные вопросы сразу же отпали. И вот я специалист, который может работать без подтверждения в любой стране мира. Кроме СНГ, конечно, там свои порядки, всё не как у людей. Вот до чего довёл их «особый путь» и то, что мол, Запад им не указ. И зря они называют, к примеру, Русь «святой». Как у Христа сказано: «По плодам узнаете их». Ну, а какие у них плоды, очевидно: безделье, пьянство, зависть к более богатому соседу, привычка насмехаться над чужой бедой, и при этом ещё общее бескультурье, разруха и грязь. Украина не особенно от России отличается, но всё же она немного другая, более европейская, что ли. Тем не менее и там перспектив нет никаких, от бедности ей не уйти, есть ведь в Европе и другие бедные страны, как Румыния, например.

 

   Однако вернёмся к моей дальнейшей истории. Не так проста она оказалась. Поскольку повестка в армию у меня оказалась на август месяц, а потом вообще на октябрь, я решил, что нужно пока что искать работу. Найти её по специальности самому без знакомых невозможно, только через «коах-адамы» ( конторы по трудоустройству ). И то без опыта работы на производстве, без умения работать самостоятельно, никто брать не хочет. Вот и ищут себе «опытных» месяцами, а таких на рынке труда нет вообще, он все устроены. А нужны такие специалисты везде: и изготовление пресс-форм, и авиапромышленность, и электроника, и многое другое. С большим трудом устроился на завод точной механики и проработал там чуть меньше месяца. Завод, на котором работает человек двадцать, и поэтому для Израиля он считается… большим! Лучше других, где между станками расстояние микроскопическое, еле-еле пройдёшь, и в цеху потёмки, света совсем мало. Но отвратительный коллектив, и я сразу решил, что работать здесь не буду, и хорошо, что в армию ухожу, правда хозяин умудрился уволить меня несколько раньше, чем я сам успел это сделать. По всему поэтому мне и понадобился армейский опыт. Ненадолго, разумеет-ся, поскольку моя вера не приветствовала особенно военную службу, тем более с ору-жием.

   А тут ещё с деньгами было не очень хорошо. Пока я учился, получал прожиточный минимум, а тут он кончился. И вместо дипломов, которые только через три месяца, нам дали временные справки. Прохожу я с этой справкой на биржу труда, а мне там говорят: без диплома ты нам не специалист. А когда принёс им диплом, стал ходить туда отмечаться каждую неделю, а направляли меня, программиста, куда попало, один раз даже на шлифовальный станок ( нашли простачка ), еле отбился, чтобы в направлении не поставили отказ от работы, в этом случае пособие вообще не дают. А за день до призыва нашли то, что надо, но туда особенно никто не спешил, потому что платили совсем мало, да ещё, как везде, всячески унижали, утверждая, что ты ничего не знаешь и не умеешь. В общем, кончилось это всё ничем, а на следующий день я оказался в армии, и пособие по безработице даже за один месяц не получил.

 

   С армией тоже получилось интересно. В августе месяце, самом жарком в Израиле, вместе с повесткой и вещами приехал в военкомат. Вместе с обоими родителями. А уходят в армию здесь не так, как там. Все сидят во дворе на скамейках, с родными и друзьями, говорят, даже с домашними животными. Фотографируются, отмечают и всё такое прочее. До тех пор, пока в автобус не пригласят. И тут мне сообщают: ты сегодня не призываешься, а только через два месяца. Это в Израиле бывает, что меняется дата призыва. Странно только, что я это на месте узнал, а не получил по почте.

   В октябре, как раз на осенние праздники ( еврейский новый год и другие ) опять приезжаю с вещами, на этот раз только с мамой. И всё думаю: на этот раз призовут или не призовут? И что за служба будет? Рассчитывал, что вполне могу получить не сильно тяжё-

лую службу и буду каждый вечер приезжать домой. Пока до армии приезжал в военкомат, заполнял разнообразные анкеты, вроде того, где я хочу служить, в каких войсках, значит. Это, конечно, только для галочки. На самом деле они сами всё решают, и здесь тоже тёплые места только по знакомству, а «русских», как правило, запихивают в боевую часть, там каждый третий солдат из бывшего Союза, говорят. Но об этом я узнаю только потом.

А пока что меня призывают. И вот я в Армии Обороны Израиля. И направляюсь на автобусе из военкомата в БАКУМ - пункт приёма и распределения.

Глава 12

* * *

 

   1997 - 1998 годы. В России новое правительство и дефолт, на Украине ничего не могут поделать с экономикой, а на Ближнем Востоке «мирный процесс» терпит одну неудачу за другой.

   В начале армейской службы в Израиле всё одинаково. Проход по «цепочке». Опять личные данные, фотографирование, отпечатки пальцев и снимки зубов, прививки и, наконец, переодевание в форму. После этого кормёжка и посадка в другой автобус, к месту службы, где перед тем, как тронуться, каждому выдают уже готовый военный

билет - просто пластиковую карточку с фотографией, магнитной полосой и «зеброй».

   А повезли меня примерно туда, куда и говорили однажды ещё в военкомате - в военную школу иврита. Большинство новых репатриантов не владеют как следует языком, вот их и доучивают прямо в армии. Правда, это входит в срок службы.

   Там я надолго не задержался. Нам устроили экзамен на знание языка, чтобы распреде-лить по группам, и, кроме меня, нашлось всего шестнадцать человек, написавших на оценку 100, а это означает, что здесь нам делать нечего. Если честно, такого результата вообще никто не ожидал. Но ничего не поделаешь, пришлось всех этих вернуть обратно в БАКУМ.  После короткого отпуска домой я, к своему большому удовлетворению, попал на «тиронут» - курс молодого бойца. Этому я был очень рад, поскольку после него ожидал начала службы по специальности, от которой на многое надеялся. Прошёл для меня «ти-ронут», который продолжался чуть больше месяца, ужасно быстро и легко, без неприят-ных сюрпризов и даже без плохого самочувствия. И условия были хорошие: на свежем воздухе ( мы жили в палатках ) и при нормальном питании, даже поправился немного. А в самом конце присяга и распределение по автобусам, кого куда потом везти. Вот тут-то меня и ждал неприятный сюрприз.

   Учебная база куда я попал, называлась «Бад-эсрим». Эта база была учебной, их там был целый большой городок, совсем рядом с моим родным Ришон-ле-Ционом. Здесь обучали разным техническим специальностям. Вот мне тут и говорят, что служить я буду совсем в другом месте, а здесь меня переучат. Правда, небольшой выбор они мне предоставили, и досталась мне электрическая часть самоходных пушек. Так я впервые стал жертвой израильских обманщиков.

   В начале моей армейской службы я был, как и все, в кабинете у офицера по распределе-нию. На стандартный вопрос, где я хотел бы служить, я ответил, где, и показал адрес этой самой базы с мастерской и станками, на что получил стандартный же ответ, что я «всё получу». И во время «тиронута» я туда звонил и разговаривал с ними, и, уже будучи на новых курсах, ездил туда разговаривать. Оказывается, они меня ждут и у них на меня целая куча бумаг, но я попал не в авиамеханики, как другие, а совсем в другой род войск, и оттуда так просто не отпускают. Да вдобавок они ещё узнали, что призван я только на год, а не на три, как все, а это значит, что после этого я контрактник и меня надо уважать, и решили отказаться от меня совсем. Подал рапорт, прождал ответа полтора месяца и получил стандартный отказ. Не стал делать «проблемы», как другие, закончил свои курсы электриков, а тут сюрприз номер два: распределение в дивизию, части которой разброса-ны по всей стране от Голан до Эйлата, и даже переезды каждые три месяца. А назначение самое тяжёлое: штатным электриком в артиллерийскую батарею, боевое подразделение, куда берут только мужчин с медицинским профилем не менее 65, а у меня 72, мне его специально завысили, несмотря на все предыдущие заболевания. На такого солдата, обслуживающего технику, обычно сваливают всю чёрную работу ( главный специалист не он, а прапорщик ), и на учениях он, как и все.

   Я и на боевую операцию-то, как говорят, по чистой случайности не попал. Но у Бога ничего случайного не бывает, потому что Он всё в Своих руках держит. Был у меня там товарищ один, из местных, а отец его из Америки приехал. Вместе мы «тиронут» делали, в одной палатке спали, вместе были потом и на курсах, и в одну часть распределились. Но

он зашёл первым в кабинет командира части, а я вторым. Это всё и решило. Его батарея одна тогда была на боевой операции в Южном Ливане, надо было срочно какую-то огневую точку «Хизбаллы» уничтожить. Так что с оружием я ходил и даже стрелял из него, хорошо, что не в живых людей. Хотя хочу сразу сказать, что те, с кем воюет Израиль, вообще не люди, а самые настоящие ВЫРОДКИ. Понятное дело, что мира они, в отличие от израильтян, совершенно не хотят, а желают они совсем другого: вырезать всех нас и «сбросить в море». Поэтому зачастую и отношение к ним соответствующее, как к бешеным собакам.

   Но вернусь к продолжению своей службы. Протянул я в довольно суровых условиях примерно месяц. Несмотря ни на что, хоть я и звонил домой каждый день, приезжал по субботам и кормили нас хорошо, всё равно армия есть армия. Правда, публика здесь не такая, как в России, и её надо образовывать. Один в строю на «тиронуте» по мобильному телефону разговаривает, а другой, у которого с головой не всё в порядке, на посту из патронов пули вытащит, вместо них окурки вставит и стреляет по лисам. Тем не менее врачи разрешили ему служить. Что же касается меня, то я свой долг и дисциплину честно и добросовестно исполнял. Пока не заболел.

   Кончилось всё тем, что я оказался в больнице, а потом в армейском лазарете. Здесь я и узнал, какое отношение к заболевающим. Сразу тебя в симулянты записывают, раз ты солдат. Да и проверки все оказались в порядке: энцефалограмма там, томография головы и ещё что-то. Пункцию даже сделали, не спросив моего согласия, и там вроде всё в норме. Так увлеклись, что всех её результатов не дождались. А полный результат показал общее истощение организма. Врач-невропатолог, который меня лечил, потом схватился за голову и сказал, что меня надо убрать поскорей из армии, да было поздно, он уже ничего не решал. Видно, немало было людей, которых он смотрел не слишком внимательно. Хоть Библия и учит, что несчастья конкретного человека не зависят напрямую, плохой он или хороший, но, как оказалось, с ним как раз тогда случилась трагедия, у него сын повесился.

   А главное, всё портят армейские бюрократы. Если и попадается тебе толковый и квалифицированный человек, который начинает тобой всерьёз заниматься, ему ничего не дают делать. Есть ещё такая поговорка: «Каков поп, таков и приход». А самый главный их командир, генерал и профессор медицины, видно, был такой же, как и его подчинённые, а после увольнения из армии пошёл в партийные лидеры. Были и другие жертвы. Со мной в одной палате лежал один паренёк, которого взяли в армию уже с эпилепсией. И хотя службу ему дали очень лёгкую, в Тель-Авиве, однако у него начались приступы, в результате больница. И тоже с ним тянули резину долго-долго, пока дали ему временную демобилизацию на год. Это когда тебя выводят временно из армии, а тот срок, что ты на больничном, считается что отслужил.

   Ну, а со мной получилось так. Проведя в больницах больше двух месяцев, я с большим трудом ( всё время с ухудшением в приёмный покой поступал ) добрался наконец до родной части. Узнав  об этой истории, командир части меня сразу в другое место перевёл, в штаб полка. Там служба полегче физически, на этот раз посадили меня в кабинет, в контору при гараже. Но и здесь не  всё в порядке, слишком много ночных дежурств. Хотя и довольно интересно было, например, много поездок сопровождающим. Поскольку это был Западный Берег, территории, там по одному ездить было запрещено.  В общем «выжимали» меня как могли, за месяц в больницу не разу ни попадал, а врач там в штабе был отвратительный, неквалифицированный и совершенно безответственный. Пока не сорвался снова, когда мне при всём ещё и в законном недельном отпуске отказали, и опять больница. Но тут у меня комиссия как раз подошла, понизили мне профиль очень сильно и послали служить на последний месяц в такое место, где я только числился, а фактически сидел дома, до самой демобилизации.

 

   В последний день службы приехал я, уже в гражданской одежде, в тот же самый БАКУМ, где был в первый день в армии, сдал форму, получил военный билет другого

цвета, как у всех резервистов, прикрепили меня к части, которую призывают только в случае войны, и выдали «теудат-шихрур» - мечту всех солдат, особенно первого года службы. Это документ, который выдают всем отслужившим , по-русски свидетельство о демобилизации, очень важный для будущего. Там, написано, что человек уволился из армии такого-то числа, столько-то отслужил и характеристика по службе. У меня, например, стоит наивысшая оценка по поведению, «очень хорошая» ( ни одного взыскания ) и сказано: тихий, исполнительный, пунктуальный. С таким документом на многое имеешь право, в отличие от тех, кто, например, убегал и попадал в тюрьму.

   Вышел я, значит, оттуда, свободным человеком. Потом поехали мы с мамой отмечать это событие, в «Макдональдс». А на следующий день восстановился я в членах своей больничной кассы, до сих пор я числился за министерством обороны.

   Но не всё так просто оказалось. Раньше я планировал, немного отдохнув, устроиться работать на завод. А тут вдруг такое состояние совершенно нетрудоспособное. Един-ственное, что смог сделать, это пойти на биржу труда, чтобы получать пособие по безработице, вот тут-то диплом колледжа и пригодился. Так что приходил я туда раз в неделю отмечаться, только и всего.

   И другое обстоятельство не помогло. В самом конце армии увидел я по телевизору на одном канале нашу программу «Так говорит Библия», которую вёл известный адвентист-ский проповедник Марк Финли. Узнал адрес и написал туда письмо. В результате ока-зался потом в русскоязычной общине города Тель-Авива. Однако беспокойство и неопре-делённость диагноза снова, как и много лет назад, продолжали меня угнетать. Дошло, к сожалению, до того, чтобы лечиться от депрессии сильным психотропом. Кончилось это очень плохо: выпадением из окна четвёртого этажа, переломом позвоночника и таза и реанимацией.

Глава 13

* * *

 

   1999-2000 гг. Всё человечество готовится и отмечает большой праздник под названием Миллениум.

   С больницей, в которую я на этот раз попал, мне «посчастливилось». Она была лучшей в стране, и особенно хороша здесь была ортопедия. Попади я в другое место, не исключено, что никогда не смог бы ходить после такого вот «лечения».

   Первые три недели был я преимущественно на морфии, и мало что помню. То отделение интенсивной терапии, то ортопедическое. Оперировать меня должен был доктор Нахшон Шизар, хирург с мировым именем, причём сделать всё он надумал за одну операцию и получил разрешение начальства на это. Операция продолжалась восемь часов и закончи-лась успешно. Потом ещё два небольших вмешательства, чистка раны, и перевод в другую клинику, на реабилитацию. Там меня по новой научили ходить. В общей сложности провёл я в больницах четыре месяца. В те дни я понял, что эта история могла кончиться для меня даже гибелью, мог бы и головой об асфальт удариться. Но ангелы приняли меня как бы на руки. Так что вред оказался минимальным.

   А потом меня выписали домой. К тому времени мы жили только вдвоём с мамой, потому что сестра вышла замуж, а отец был в другой семье ( хотя мы с ним всё равно общались и виделись регулярно ). Между прочим, когда я принял адвентизм, он был страшно недоволен этим, что я не в иудаизме, а в христианстве. Но так было сравнительно недолго. По его собственному выражению, у всех верующих «есть что-то за душой», и за это их надо уважать.

 

   Получив в своё распоряжение много свободного времени ( мне дали временное пособие по инвалидности ), я решил, тем не менее, не терять время зря. Во-первых, решил улуч-шить свой английский и для этого стал заниматься раз в неделю с одной учительницей из Питера. Кроме того, пустил в ход деньги, полученные от армии, «личный вклад», который я мог потратить только на учёбу ( квартиру я покупать не собирался и заниматься бизне-сом на эти деньги тоже ) : два семестра в израильском  Открытом университете изучал философию и познания в ней значительно расширил. Да и просто было очень интересно ещё поучиться на иврите. Однако главным моим интересом впоследствии стал всё-таки Интернет.

   С того момента, как я попал в церковь, я очень мечтал проповедовать Евангелие, причём как можно большему количеству людей. Несколько лет это оставалось лишь мечтой. Всё изменилось в те самые девяностые годы, когда всеобщую популярность начал приобре-тать Интернет.

   Интернетом я заинтересовался сразу после приезда в Израиль. Для начала купил себе книгу вопросов и ответов на эту тему, а затем в нашей городской библиотеке впервые столкнулся с ним лично. Решил освоить сначала самое элементарное: заход на сайты и электронную почту. Но уже тогда возможности там были немалые, хотя ещё не было блогов, Фэйсбука, Твиттера и других вещей, а сам, сокращенно говоря, инет ещё не был «быстрым». Мне не сильно тогда мешало то, что я ограничен в возможностях и переме-щаюсь по городу в коляске. Кроме того, мне сделали ещё две операции по извлечению «железа» и оказалось, что в результате всех наркозов пострадал мозг, и для его поддержа-ния придётся сидеть на таблетках, но пока ещё и их негативный побочный эффект не дал о себе знать.

   Единственной проблемой было отсутствие Интернета дома, и для его подключения при-шлось потом обновить компьютер: в старом, устаревшем он работать совсем не хотел.   Ну, а после этого изучение новых возможностей, одна за другой.

Глава 14

* * *

 

   Год две тысячи первый. Для тех, кто не имеет твёрдого основания в лице Бога, мир перестал быть безопасным, начиная с 11 сентября. Невиданный доселе теракт.

   Должен сказать, что долгое время предыдущей моей жизни меня не оставляло настойчи-вое ощущение собственной бесполезности. И даже после того, как я уверовал. Оно меня не оставляло. Причина крылась в неудачах на фронте учёбы, общей физической слабости и недостаточной выносливости, и при всём при этом я ужасно завидовал людям при должностях и профессиях, которые уже нашли себя. Была даже мысль  записать себя в банк внутренних органов на случай внезапной гибели, чтобы хоть как-то пригодиться человечеству. Но потом отказался от этой идеи, поняв, что в нашем мире часто тайное становится явным, и мне могут помочь и «убрать» раньше времени.

   Однако обо всём поподробнее. С робототехникой, которую я избрал себе в призвание в 15 лет, ничего не вышло. С ЧПУ тоже, после травмы и речи быть не могло о работе на заводе. Решили помочь мне местные социальные работники: в центре профориентации тестировали меня целую неделю на выявление призвания, и в конце объявили мне, что я бухгалтер. Разумеется, это необъективное исследование, а просто предложили мне курсы из тех, что есть. С бухгалтерских курсов, хотя и бесплатных с дармовым проездом, я с бежал в первый же день. Слишком нервная и монотонная работа для моей непоседливой натурой.

   Не вышло и с духовной академией, слишком тяжело ( ездить из Израиля в Россию ) и небесплатно. Но произошла другая новость в моей духовной жизни: мы начали своими силами создавать общину адвентистов на этот раз в своём городе, в Ришоне то есть. Между прочим, здесь жил раньше один коренной израильтянин, который уверовал в Христа, выучился в Англии и стал пастором.

   Кроме того, благодаря Божьей заботе, который непрерывно действует через избранных Им людей ( даже если они не догадываются об этом ), решились мои материальные проблемы. Я получил, наконец, постоянную пенсию по инвалидности, деньги небольшие, но на жизнь хватает. И по съёмным квартирам мы с мамой мыкаться перестали - получили государственную в хорошем состоянии недалеко от центра города, но на тихой улице.

 

   Последующие восемь лет мне иногда казались как будто вычеркнутыми из моей жизни. Но на самом деле всё намного сложнее. Ведь в те годы происходило со мной всякое: и ужасное, и не особенно, но также и много хорошего.

   Таблетки, которые я получил, оказались ужасными: кроме общей слабости, нарушения перестальтики и многого другого, они вызывали ещё и приступы удушья каждые нес-колько дней. Я говорил об этом врачам, но они не обращали внимания и никаких проверок делать не хотели. Это была самая настоящая пытка медикаментами. Я почти смирился, что это, как они заявляли, на всю жизнь. Но уговаривал себя, что, мол, «за всё надо платить», ведь жильём и деньгами меня обеспечили.

   Улучшить ходьбу ( более менее нормально я мог ходить только по квартире ) тоже не удавалось. Физиотерапевты чего только не перепробовали, даже гидротерапию, ничего не помогало. И упражнения оказались неэффективными, и когда по их совету я пытался не ездить в коляске, а только ходить, опираясь на неё, всё было напрасно, не выходило ничего. Вот вам и хвалёная израильская медицина, да при этом они всю вину осмелились на меня свалить, чтобы «чистенькими» остаться.

   Компьютером я в ту пору занимался не очень много, поскольку мало ещё знал об Интернете, а игры меня мало интересовали. Вместо этого я почитывал любимые книги

( в основном купленные в Израиле в русских книжных магазинах и лишь немного привезенных с собой ) и просматривал по киноканалу старые советские фильмы разных жанров. Всё-таки умели их раньше делать, и настолько они светлые и даже духовные, и качество какое. Не то, что теперь, начиная с нулевых годов: и сюжеты идиотские, и герои

отвратительные, и музыку написать толком не умеют - каждый раз получается «одно и то же». Очень угнетало почти полное безделье, пытался найти хоть какую-то работу, или неквалифицированную, или надомную, но ничего не вышло.

   Единственным утешением для меня были дела в городской церкви, которую мы здесь все вместе строили и куда ходили уже вместе с моей мамой. У меня там разные были поручения, я, например, регулярно произносил проповеди, это у меня получалось делать, хоть я и не учился. Собратья по вере живо интересовались моими проблемами, пытались помочь и поддержать. Два раза даже надо мной совершили особую молитву с помазанием, которая очень помогла и принесла мне хоть некоторое облегчение.

 

   И вдруг мне становится резко хуже, плохо чуть ли не 24 часа в сутки. Дошёл до того, что уже жить не хотелось. Тогда-то они испугались и начали меня обследовать. Сделали энцефалограмму, первый раз за целых 8 лет. Ну, думаю, всё как всегда будет в норме и всё по-прежнему. Но нет! НЕ всё в порядке и результат, характерный для эпилепсии. Дело в том, что таблетки эти очень старые и вызывают эпилепсию, а они, подлецы такие, от меня это скрывали и не разу не догадались к невропатологу на проверку, да и я сам тоже об этом не подумал. А теперь всё. Таблетки пришлось отменить.

   Никогда ещё в жизни я не ощущал себя так мерзко и гадко, как в те дни. Не только из-за плохого самочувствия, а главным образом потому, что считал жизнь свою совершенно бесполезной, а себя беспомощным и зависимым в свои тридцать шесть. Решили обратить-ся уже к нетрадиционной медицине - к гомеопату, просто выхода другого не было. Он сказал в успокоение, что мой случай не является необратимым, и надо сначала почистить организм от той дряни, которую я принимал, а потом выводить из депрессии. Выйти из неё через много месяцев наконец удалось, но не только благодаря этому. О моём состоянии стало известно в церкви, и много людей, говорят, даже тысячи - в Израиле, Германии и США - молились за меня. Пусть высокомерные безбожники издеваются над этим, заявляют, что, мол, всё это ерунда. Они не хотят понять, что это абсолютно реально, разумеется, не для таких только, как они, людей без мировоззрения, без чётких моральных норм, без будущего.

   Правда, обойтись совсем без таблеток не удалось, назначили мне другие. Однако совсем других, новейших, почти без побочного эффекта и позволяющих нормально жить и функционировать. Очень дорогие, но большую часть цены, как всегда, оплачиваю не я сам, а больничная касса.

   Вот так совсем новый этап в моей жизни, не такой, как другие, и наступил.

Глава 15

* * *

 

   2008-й  год. В США избран первый темнокожий президент Обама. В России уже разо-гнали «марш несогласных», а Путин диктатор. На Украине новое «оранжевое» прави-тельство пытается что-то сделать с экономикой. В Европе однажды после извержения исландского вулкана перестали летать самолёты. А в наших палестинах всё по-прежнему, за исключением того, что из Газы, откуда мы совсем ушли, на нас падают ракеты.

   Стало ясно, что из депрессии я вышел, когда появились совершенно новые планы.

   Во-первых, я услышал, что в Израиле создают адвентистское радио на иврите и на русском. Услышав это, я страшно обрадовался и решил реализовать свою старую мечту о звукорежиссуре. Прослушали небольшие курсы о том, из чего состоит радиопередача и как её делать. Вся техника для этого, новая, цифровая, уже была закуплена и смонтиро-вана. Мы начали записывать передачи и с нетерпением ожидали начала трансляций, даже волна уже была - 107.2 FM, и время выхода в эфир - семь вечера. Но из этого ничего не вышло, радио кавалерийским наскоком так и не образовали, не хватило денег и людей. Кроме того, те, кому поручили руководить этим делом, тоже оказались не на высоте. В результате дорогостоящая аппаратура до сих пор простаивает.

   Другим моим интересом стало посещение синагог. Помнится, ещё в Сумах я посещал разные конфессии, хоть нам этого и не советовали, пугали, что входить мы туда будем одни, без наших ангелов. Преувеличение, конечно. А тут захотелось немного получше разбираться в иудаизме, раз уж я здесь живу. Первый раз я попал в синагогу только в двухтысячном, в ту, что была при больнице. А позже и в других побывал. Даже познако-мился с русским раввином однажды. Он-то и рассказал мне, какое у них отношение к евреям, которые верят в Иисуса Христа. Это, мол, очень плохие люди, и даже убить «миссионера», например, с чего-то столкнуть, если есть такая возможность, не грех. А ещё у них есть такая организация «Яд-ле-ахим». Он ходят по христианским церквям, шпионят, выявляют там новых людей, а потом к ним на квартиры приходят и обрабаты-вают. Вот только ничего у них не выходит. Всё равно больше и больше людей с каждым днём начинают верить в Христа и посещать церкви, причём не только русскоязычные.

Ещё подарили они мне книжку об иудаизме на русском языке. Почитал и остался страшно недовольным, а над многим просто посмеялся, так по-глупому пишется обо всём об этом. Всё там поставлено с ног на голову, не говоря о том, что без Христа ничего не имеет смысла. Тем не менее они продолжают упорствовать и не верить в Него, а 53-ю главу книги пророка Исаии вообще читать запретили, и Новый Завет, естественно, тоже, его даже дома у них держать нельзя. Да и книга пророка Даниила у них на полулегальном положении, ведь там указан точный год прихода Машиаха ( Мессии ), а они и это теперь не признают. О кабалле я уже не говорю, там есть такие вещи ( колдовство и заклинания, нумерология, астрология ), которые к Торе никакого отношения не имеют и в ней вообще запрещены.

   Но главное, чем я занялся в то время, это, наконец, мой любимый Интернет.

 

   Будучи «болящим», я здесь здорово отстал от жизни, кажется, на несколько лет, ничего совсем не знал о новых порталах и новых возможностях Интернета. Пришлось нагонять многое. Однако вскоре мне это удалось.

   Не только в смысле работы. Раньше я просматривал свои любимые фильмы на видеокас-сетах, а теперь появился ещё и ютуб, а там всё, что угодно: и концерты, и клипы, и многое другое, где я просмотрел фактически всё, что когда-либо видел и слышал по телевизору.

Сделал себе личную страницу с фотографиями и собственный блог. До 2009 года я даже слова такого не знал. А тут вдруг появляется возможность что-то писать, и люди потом это читают. Вначале там у меня были разные записи, а потом чисто на духовную тему.

Да и от работы с радио тоже был какой-то толк: написал несколько скриптов, то есть

текстов для передач, о семье и здоровом образе жизни ( была установка ограничиться только этим, а религиозной пропагандой пока не заниматься ). А свои материалы в книгах и особенно тетрадях, привезенных «оттуда», я набрал на компьютере, и теперь они были готовы, чтобы выложить их в Интернет. Так вот моя заветная мечта сбылась.

   Я работал во многих социальных сетях, где на связи у меня уже года через два были десятки тысяч людей, и даже создал несколько собственных сообществ. Публиковал фотографии, составлял подборки музыки и видео, а главное - проводил там библейские курсы. Кроме того, отыскивал новые сайты, регистрировался и начинал трудиться и там.

Всё это продолжается и по сей день. Есть и обратная связь в виде отзывов, конечно же всяких, но в подавляющем большинстве положительных. Моё твёрдое убеждение в том, что сейчас в духовной сфере на Земле царят хаос и неразбериха, и непременно нужно, чтобы хоть кто-нибудь противостоял здесь мутному потоку лжи и обмана. Ведь Интернет не является полезным или вредным сам по себе. Просто одни пользуются им, чтобы повысить уровень своих знаний или помочь людям общаться, а другие для развратства и мошенничества.

   В те дни я, можно сказать, ощутил себя безмерно счастливым человеком ( просто счастливым я оценивал себя всегда с тех пор, как уверовал, когда мне было, например, очень плохо ). Помнится, когда в Сумах закончилась та самая евангельская компания, мы, несколько молодых парней и девушек, шли по проспекту и пели во весь голос псалмы - духовные песни даже без намёка на стеснение. Этот вечер поэтому врезался мне в память как самый счастливый, пожалуй, за всю мою жизнь. Но такое же самое удовольствие я обрёл, поняв наконец, каково моё главное дело и что я наконец-то его нашёл.

   Некоторым, наверное, покажется странным, что один и тот же человек способен хорошо разбираться и в Библии, и в математике, тем не менее такое возможно, потому что это я и есть. Техническая направленность моей жизни, как оказалось, не была ошибкой. Моим призванием как раз и оказались компьютеры и Интернет. Теперь я твёрдо знаю, что именно христианским блоггингом я буду главным образом заниматься всю мою жизнь.

Хотя есть ещё и другие дела: небольшая домашняя церковь ( ту, что была в Ришоне, ликвидировало наше руководства по причине отсутствия средств ) и подростковый клуб следопытов, где я занимаюсь разработкой учебных программ по живой природе и др.

Но Интернет всё равно на первом месте. К сожалению, я не слишком крепок физически, подвержен переменам погоды и самочувствие моё нестабильно, но для выполнения этой работы не требуется слишком много сверхтяжких усилий, всё очень посильно и разумно организованно.

   Кстати, что касается здоровья. Года два назад, вскоре после моего недавнего первого визита в Иерусалим к христианским местам, где я ещё не бывал раньше, радостное событие: я перестал пользоваться коляской насовсем. Не знаю, имеет ли такую силу конкретно Храм Гроба Господня, но именно после этой поездки всё и получилось, хотя верилось в возможность этого не сильно. Просто помогла отмена старых кошмарных таблеток ( это придало мне силы ) а кроме того положительное мышление, массаж и очень эффективные физические упражнения. А занималась со мной одна знакомая из церкви, по специальности врач, после дополнительного обучения в Европе.

   Как я уже говорил, выглядеть мне доводилось всегда намного моложе, чем я есть. Это и сейчас так: я на вид всё ещё как двадцатипятилетний. А сохранился потому, что никогда не пил, не курил и верил в Бога. И к тому же здесь, на израильской земле, более чистый воздух, и прожить здесь девяносто лет и даже сто ( Израиль в первой тройке в мире по продолжительности жизни ) в порядке вещей. Всё это подтверждает тот факт, что Господь продолжает активно благословлять евреев - народ Книги.

Глава 16

* * *

 

   2013-й год.

   ??????????

   Говорят, что человек должен сделать в своей жизни три главных выбора: истины, рабо-ты и спутника жизни. Кажется, мне удалось этого добиться, хоть и сравнительно недавно.

   Первый выбор я сделал ещё молодым. Это христианская вера в её адвентистском варианте. Я много лет читал и исследовал Библию и пришёл к выводу, что именно эта конфессия является носителем христианства в чистом виде. Можете считать меня чело-веком ограниченным и вообще фанатиком, но я продолжаю утверждать, что почти все из нескольких тысяч направлений в христианской вере примешали к Библии СВОИ СОБ-СТВЕННЫЕ выдумки и умозаключения. Сегодня есть все условия для того, чтобы убедиться и лично проверить истинность моих слов. И потом адвентизм ближе всего к иудейской религии, и уже не за горами то время, когда тысячи израильтян в поисках ответов на свои вопросы потянутся именно к нам.

   Второй выбор наконец-то даровал мне просто необходимое каждому человеку ощуще-ние полезности и значимости. Интернет необъятен, и моя работа в нём могла бы стать темой для целой отдельной книги. Повторяю, что работать блоггером, хотя и не получая за это денег, я буду всю жизнь, поскольку знаю, что это моё дело сводит людей вместе и помогает им знакомиться и встречаться, спасает от отчаяния и неопределённости…  Да

что там говорить? Всех обстоятельств этого дела я и сам пока не знаю до конца. Но люди,

посещающие сайты и блоги, которые ни за что не согласились бы придти в церковь или на библейские курсы, тем не менее мой материал с большим удовольствием прочтут.

Работать над этим можно в любом возрасте, и никто не отнимет у меня это, до самого преклонного этапа жизни. И если Бог пошлёт мне быстрый и безболезненный уход из

неё, когда придёт время, то хорошо бы за моим любимым экраном во время трудового процесса.

   Вот только с третьим, создать семью, ничего не вышло. Это мне мешали сделать то болезнь, то переезд в другую страну, то ещё что-нибудь. Но представьте себе, меня данная ситуация совсем не огорчает. Я рад за тех людей, которые имеют хорошие, красивые, крепкие семьи ( а семей с разладом ещё больше ), но поскольку я не смог её себе позво-лить, а точнее лично у меня это просто не вышло, решил остаться как есть. И при этом иметь пусть небольшой, но верный круг живого общения, которое не идёт ни в какое сравнение с виртуальным, то есть компьютерным.

 

   Как известно, Библия способна объяснять не только прошлое и настоящее, но также и будущее. И всего человечества, и моё лично. Вот что известно мне об этом на сегодня-шний день.

   Уже ни для кого не секрет, что Слово Божие в состоянии решить все насущные пробле-мы человека, в том числе и современного, ведь это книга на все времена. Что же касается человеческого общества в целом, то оно, к сожалению, деградирует и вырождается. Не-смотря на прогресс науки и техники, в мире нарастают большие противоречия и кризис-ные явления, особенно в смысле экономики и загрязнения окружающей среды. Кругом развиваются депрессия и апатия, стихийные бедствия и катаклизмы, а также малые и большие войны да вдобавок всеобщая ненависть, развращённость и зависть. Один за другим многие предлагают рецепты, позволяющие спасти всех. Но удивительный факт: когда Иисус Христос жил на земле, он рассказал Своим ученикам о том, что всё это произойдёт. Не было ещё такого времени, как сейчас, при нас. И, к сожалению, гран-диозные планы «всех спасти» не удадутся. Всех не получится только потому, что они сами этого не хотят. ПО СВОЕМУ ВЫБОРУ ОНИ НАПРАВЛЯЮТСЯ В ПОГИБЕЛЬ.

Причин найдётся немало: это или злоба, или любовь к удовольствиям и безделью, или фантастическая жадность, обуявшая прежде всего тех, у кого много денег, и чем они

богаче, тем хуже. Да вдобавок ещё люди искусства, служащие прекрасному, из-за неправильного, порочного образа жизни кончают очень плохо. Только тот получит спасение души от Бога, кто примет его добровольно и согласится сделать то, что для этого необходимо. Ведь Господь не может бесконечно терпеть такое безобразие и беззаконие на Земле, которая разительно отличается от множества миров, поклоняющихся и служащих Ему. Второе пришествие Христа, которое обязательно наступит в обозримом будущем, положит конец злу, и придёт пора нового мира. Дожившие до славного дня Господнего вместе с познавшими воскресение из мёртвых преобразятся и в новых, молодых, прекрасных и нетленных телах, станут обитать здесь, на обновлённой Земле, один из лучших городов которой, Новый Иерусалим, сделается центром мироздания.

   Там не будет не только смерти, не только болезней и усталости, но и страдания и слёзы навсегда уйдут в небытие. Здесь будет всё для счастья: прекрасная возрождённая природа, небывалые возможности для реализации всех способностей, талантов и дерзаний искрен-ней души, овладевание бесконечными знаниями, возможность путешествовать по другим мирам и рассказывать их жителям историю преображения и обновления.

   НИКОМУ ИЗ ТЕХ, КТО ПОЖЕЛАЕТ ТУДА ВОЙТИ, НЕ БУДЕТ ОТКАЗАНО В ЭТОМ ПРАВЕ. И как раз в эту чудесную страну, впоследствии самого свободного выбора, и ведёт великая столбовая дорога с Богом по жизни.

 

 

          Израиль, г.Ришон-ле-Цион

 

                                                                                                                             2013